Информационная атака на Михаила Драпатого: как Генштаб разоблачает фейки

Спикер ведомства Дмитрий Лиховий квалифицирует этот поток как «целенаправленную информационную операцию», а ЦПД прямо указывает на российский след. Разбираем механику по частям.

«Достижения» первой недели

По данным Генштаба, в первые дни после назначения Драпатого (указы подписаны 21–22 июля) в сетях разошёлся стандартный набор вымышленных нарративов: ссора с бывшим главкомом, объявление аудита в ВСУ, благотворительный фонд за личные средства, отправка сотрудников ТЦК на передовую. Лиховий всё это официально опроверг — никаких аудитов, никакого фонда, никакого направления ТЦК новый главком не инициировал. Заодно подтверждено: у Драпатого нет аккаунта в Threads, и заводить дополнительные личные страницы он не планирует. Отдельно Генштаб зафиксировал закономерность — блокировка фейков только разгоняет следующую волну: после удаления поддельного профиля в X при участии Минцифры немедленно появились клоны в Threads и вбросы в Facebook.

Как устроена атака

Схема отработанная. Сначала — поддельный аккаунт от имени цели. Контент частично сгенерирован нейросетями, дальше подхватывается ботами и подаётся как сенсация. Параллельно поднимается старый фон — обвинения в «расизме», выросшие из антироссийского интервью 2023 года. Сравниваем метаданные: фейковые публикации часто выходят сразу на нескольких площадках с минимальным интервалом, что нетипично для живого человека. Задача операции не в том, чтобы кто-то поверил каждому отдельному фейку. Задача — создать шумовой фон недоверия к новому руководству в момент, когда оно ещё не вошло в курс дела и не может оперативно реагировать на каждый вброс.

Что делать читателю

Методика простая. Проверяем канал: настоящий профиль Драпатого в X подтверждён Генштабом, в Threads его не существует — любой «официальный» аккаунт там фейк. Сверяем с первоисточником: официальные заявления публикуются на каналах Генштаба и в указах президента, а не в анонимных постах. Находим архивную копию: скриншоты «сенсаций» сохраняем через web.archive.org, чтобы потом сравнить с опровержением. Оцениваем репрезентативность: если «эксклюзивное заявление» появилось в одном канале и не подтверждено крупными СМИ — повод усомниться. Те же принципы работают в любой цифровой среде, где задача — отличить подлинник от подделки: от защиты банкоматов нового типа от скимминга до верификации страницы чиновника в соцсети. Доверять можно только подтверждённому каналу. Всё остальное — рабочий материал для проверки, а не готовый факт.